30.11.2022 07:25
Софьин В.С. ЛЕКЦИИ ПО ИСТОРИИ МЕДИЦИНЫ  РОССИИ. Хирург ЮДИН Сергей Сергеевич.
СарМед - Лекторий

Софьин В.С. ЛЕКЦИИ ПО ИСТОРИИ МЕДИЦИНЫ РОССИИ. Хирург ЮДИН Сергей Сергеевич.

Книга.jpg
В 1968 году издательство «Медицина» выпустило художественную монографию: «Размышления хирурга». Автор уникальный человек! Академик Академии медицинских наук СССР, Заслуженный деятель науки Российской Федеративной республики, главный хирург НИИ СП имени Н. В. Склифосовского, директор НИИ хирургии имени А. В. Вишневского, Почётный член Английского королевского Колледжа хирургов (1943), Американской ассоциации хирургов (1943), хирургического общества Парижского университета (1947), Пражского, Каталонского обществ хирургов. Почётный доктор Сорбонны (1946).
Это не полный список титулов, званий и наград Сергея Сергеевича Юдина, в первую очередь, искуснейшего врача-хирурга. И всего 62 года жизни. Это какой же энергией, талантами и способностями надо обладать, помноженными на нечеловеческое трудолюбие и ответственность, чтобы за такой короткий жизненный путь достичь вершин жизненного успеха, за которым стоят тысячи спасенных жизней.
у жана.jpg Слева - Ж.Ж . Страдзе
Редкую книгу мне предоставил для работы директор музея Саратовского военного суворовского училища, Заслуженный учитель РФ, учитель истории Лицея № 4 Ж.Ж. Страдзе.
Очерк о нашем великом соотечественнике С.С. Юдине основан, в первую, на материалах этой удивительной книги.
Нынешнее поколение студентов-медиков, для которых и написан этот цикл лекций, должно знать, о чем размышлял один из «величайших мастеров хирургии, который достиг в этой области виртуозной техники и высокой степени совершенства».
Предисловие, было написано другим великим врачом нашего Отечества Борисом Васильевичем Петровским.
Петровский.jpg Академик Б.В. Петровский
Вот что он пишет: «В многочисленных работах Сергея Сергеевича, лекциях, докладах у него всегда сочетается глубина мысли с блеском литературного изложения. В одних работах он выступает как хирург, в других как физиолог, в-третьих – как травматолог и военно-полевой хирург» (конец цитаты).
Это мнение маститого ученого, свидетельствует не только о высочайшем профессиональном уровне С.С. Юдина, но и о его художественной одаренности и литературном таланте эстета и философа!
Эстетические мотивы Сергей Сергеевич вносил в сугубо научные труды. Так, работы по изучению посмертной крови он называл «Патетической симфонией»!
К сожалению, «Размышления хирурга», можно назвать по справедливому замечанию Б.В. Петровского – «Неоконченной симфонией».
Да, рукопись не была завершена.
«Она была задумана как этюды по психологии творчества, создавалась в неблагоприятных условиях, и внезапная кончина ученого не дала ему возможность придать этой работе не только текстуальную, но и композиционную законченность…» (Б.В. Петровский).
Какие «неблагоприятные условия»? Почему так рано ушел из жизни энергичный и оптимистичный Сергей Сергеевич Юдин?
Хотелось бы в этом разобраться. Задача, конечно, выходит за рамки книги Сергея Сергеевича. Обратимся к другим источникам.
А пока о чем размышлял хирург?
И вновь цитирую академика Б.В. Петровского. В «Размышлениях хирурга» раскрывается в полной мере литературный талант С.С. Юдина. Взлет мысли, меткость жизненного наблюдения…., яркость образов и манера изложения материала,- словом, все, что определяет его неповторимый стиль, доставляет эстетическое наслаждение при чтении книги. Широкая эрудиция Сергея Сергеевича в вопросах искусства, отличная память, позволяющая цитировать наизусть целые страницы из поэм, умение убедить слушателя и особенно страстность, с какой он как бы ведёт диалоги с читателем, отличают это редкое для врача наших дней произведение».
От себя добавлю, что для врачей наших дней, художественное творчество почти нонсенс. «Не до жиру – быть бы живу!». На страницах нашего Портала, мы по крупицам собираем произведения медицинских работников в разделе «Врач и творчество».
Основная идея книги Сергея Сергеевича «Размышления хирурга» – «…состоит в страстной убеждённости, что между наукой и искусством нельзя проводить грань, что хирургия – это ремесло, которое следует стремиться возвышать до искусства, а искусство сдерживать строгостью науки».
И далее: «Быть настоящим врачом – это значит не только знать свое дело, но читать литературу, интересоваться искусством, что, в конечном счете, обогащает натуру врача и побуждает к совершенствованию знаний».
Я не ставил своей целью пересказать содержание книги. В конце концов, она, вероятно, вполне доступна в интернете.
Цель – напомнить ещё об одном замечательном человеке нашего Отечества – враче, хирурге, философе, эстете!
Личности с чрезвычайно интересной и необычной судьбой!
Mikhail_Nesterov_052.jpg
Последние годы его насыщенной яркой жизни были омрачены преследованиями сталинским режимом, что подорвало его здоровье и определило ранний уход…
«Родился Сергей Сергеевич в Москве 27 сентября (по старому стилю) 1891 года в богатой купеческой семье, в которых было семеро детей (4 сына и 3 дочери).
Сергей был вторым ребенком и старшим из сыновей.
В семье Юдиных до поступления в гимназию воспитанием детей занималась мать. Девочки изучали языки, музицировали, учились вести домашнее хозяйство. Четыре мальчика столярничали, выпиливали, украшали мебель, выжигали, рисовали. Сергей среди детей был лучшим художником, прекрасно вышивал, играл на скрипке и гитаре, свободно владел французским и немецким языками (английским овладел позже), посещал музеи и хорошо знал живопись. Он уже тогда развил необычайную подвижность пальцев.
В гимназические годы С. Юдин устроил дома в чулане химическую лабораторию, проводил опыты, изучал рецептуру. Самостоятельно изготовил катушку Румкорфа высокого напряжения. Собрал коллекцию насекомых. Разводил фазанов, ухаживал за животными в домашнем зоопарке на даче. Досконально изучил правила охоты. Увлекался рыбной ловлей, сам сделал лодку. В 16 лет репетиторствовал в семье богачей Морозовых и на заработанные деньги приобрел микроскоп. Затем был гувернером четырех детей у помещика в Смоленской области.
Еще во время учебы в одной из лучших московских гимназий, в которой преподавание велось на двух языках, Сергей обратил на себя внимание великолепной памятью и потрясающей работоспособностью. В гимназии, кроме очень хороших учителей, к преподаванию привлекались профессора из Московского университета. Его привлекали не только гуманитарные предметы, но также физика, математика, химия, которые были ведены в курс обучения этой гимназии дополнительно. В обычных классических гимназиях точным наукам уделялось меньше внимания, чем в реальных училищах (затем их переименовали в «реальные гимназии»). Литературу Сергей знал блестяще: знал наизусть Горация, Вергилия, речи Цезаря и многое другое
Забегая вперед, скажу, что прекрасная память сыграла свою положительную роль в тяжелые дни жизни С.С. Юдина. Находясь в тюрьме и не имея возможности пользоваться литературой, Сергей Сергеевич написал блестящую книгу «Размышления хирурга», в которой он приводил большое количество цитат великих мыслителей и ученых, используя свою феноменальную память. Кстати, книга писалась им на листках туалетной бумаги, и листы склеивались хлебным мякишем.
В 1911 году С.С.Юдин поступает на медицинский факультет Московского университета. И в университете он обращает на себя внимание увлеченностью, работоспособностью и своими первыми статьями о холере и дизентерии. Первая мировая война прервала учебу.
Юдин_Сергей_Сергеевич..jpg  U97flnkR5I8-727x1024.jpg Judin_S.S._1916.jpg

 В 1914 году он был призван в действующую армию. Работал зауряд-врачом в госпитале, оперировал раненых и даже участвовал в боевых операциях. Был награжден за храбрость Георгиевским Крестом, трижды был ранен, один раз тяжело. В 1919 году сдал экзамены и получил диплом. Все последующие 35 лет его жизни были посвящены любимому делу – хирургии.
Самостоятельная хирургическая деятельность С.С. Юдина начиналась в перепрофилированном под приём раненых противотуберкулёзном санатории «Захарьино», в котором находились больные с костно-суставными локализациями туберкулеза, туберкулезными поражениями желудка. А также пациенты с гнойными осложнениями после огнестрельных переломов костей рук и ног.
Начинающий хирург не стал сетовать на плохие условия, дефицит аппаратов и инструментов. Он развил совершенно потрясающую по своему разнообразию и интенсивности активную как административную, так и врачебную деятельность.
Оперировал на костях и суставах, выполнил одну из первых в России резекцию желудка при хронической язве. За очень короткое время он произвел 34 операции при гнойниках грудной полости и сделал об этом доклад на XVI Всероссийском съезде хирургов, положительно оцененный коллегами.
Несмотря на колоссальную загруженность, Сергей Сергеевич находил время на посещения театров, музеев, книжных магазинов и выставок. Он стал коллекционировать редкие издания и картины известных авторов.
В 20-х годах С.С. Юдину удалось побывать в нескольких крупных европейских клиниках и познакомиться с достижениями лучших хирургов этих стран, в частности, он побывал в клиниках корифеев мировой хирургии в Германии, профессоров Фердинанда Зауэрбруха и Августа Бира.
1922 год. Сергею Юдину 31 год и он переводится в Серпухов на должность заведующего хирургическим отделением местной фабричной больницы. За шесть лет работы в этой больничке Сергей Сергеевич 500 операций на желудке, более тысячи различных вмешательств под спинно-мозговой анестезией.
Юдин усовершенствовал данный метод обезболивания, расширил возможности его применения, практически, для операций на всех органах груди и живота.
i_007.png a_ignore_q_80_w_1000_c_limit_001.jpg
Итогом явилась монография «Спинномозговая анестезия», которую он посвятил своей матери Екатерине Петровне, которую нежно любил. Через несколько лет, уже работая в Москве, он прооперирует ее по поводу рака желудка, и она проживет еще много лет. Когда кто-то из учеников спросил, почему он не поручил эту операцию другому хирургу, Сергей Сергеевич ответил: «Тогда только я знал, как это сделать правильно».
Монография о спинномозговой анестезии была признана лучшей книгой по медицине в СССР, и С.С. Юдин был удостоен премии им. Ф.А. Рейна. Денежную часть премии он использовал для поездки в США на шесть месяцев для посещения лучших хирургических клиник. Американская хирургия произвела на Юдина неизгладимое впечатление: своей организацией, техническим оснащением и блестящей оперативной техникой. После возвращения он написал серию очерков «В гостях у американских хирургов», опубликованных в нескольких номерах журнала «Новый хирургический архив» за 1927 — 1928 годы.
Сергей Сергеевич Юдин был чрезвычайно артистичен: блестящая и выразительная речь, богатая мимика, пластичная жестикуляция, покоряли присутствующих. Но не следует забывать, что главным оставалась хирургия – операции и их результаты, которые в то время были уникальны и не только для нашей страны.
Руки Сергея Сергеевича были не только ловкими, сильными и красивыми. Такие кисти рук встречаются достаточно часто и не только у хирургов: у музыкантов, скульпторов, живописцев.
9ae7e59bca15e464f0dd796fb6141d1f.jpg
Пальцы и вся кисть Юдина обладали не характерными для нормальных людей физиологическими особенностями. Его пальцы на руках могли сгибаться не только в ладонную сторону, но и в противоположную, как мы говорим, тыльную сторону. Таким же манером могла вести себя и вся кисть, имея возможность сгибаться в тыльную сторону. Это позволяло Юдину во время трудных операций использовать такие возможности пальцев и делать руками то, что не может сделать ни один самый совершенный хирургический инструмент.
О руках Юдина ходили легенды, о них рассказывали очевидцы, их пытались особенно подчеркнуть на своих картинах художники, причем такие известные, как П.Д. Корин, А.И. Лактионов, М.В. Нестеров, Кукрыниксы (они рисовали на него дружеские шаржи в операционной) и др. Но все они оставались недовольны своей работой. Многие считают, что наиболее удачными являются два портрета Михаила Васильевича Нестерова, выставленные в Третьяковской галерее.
image.png
Так случилось, что в 1928 году умер главный хирург Института им. Н.В. Склифосовского, и нарком здравоохранения Н.А. Семашко пригласил на эту должность С.С. Юдина. В те годы Институт был в основном не хирургическим и включал в себя 96 разнопрофильных коек. Для Юдина в 37 лет открылась колоссальная перспектива для приложения своих неуемных сил.
Степень доктора медицинских наук ему присвоили без защиты диссертации («Honoris causa»), он был избран профессором кафедры госпитальной хирургии, награжден многочисленными орденами.
Юдин оперирует практически всех сильных мира сего и их родственников. Все эти радости и благости проливаются на С.С. Юдина не по инерции или благодаря личным симпатиям, а заработаны тяжелейшим физическим и интеллектуальным трудом, отнимающим у него здоровье, за счет сокращения сна, отсутствия отпусков и многого другого.
Еще в 1928 году С.С. Юдин услышал доклад известного ленинградского хирурга профессора Владимира Николаевича Шамова об экспериментах на животных, жизнь которых спасали переливанием крови от уже погибших собак. Сергей Сергеевич загорелся этой идеей, продолжил экспериментальную часть работы, поднял вообще всю возможную литературу по истории переливания крови и пришел к выводу, что подобные переливания могут производиться и у людей.
В 1930 году он решился на такое переливание у молодого человека, почти полностью обескровленного в результате попытки к самоубийству. Донорская кровь уже закончилась, и больной погибал на глазах окружающих его врачей. В это же время в «Склифе» от несовместимой с жизнью травмы погиб пожилой мужчина с такой же группой крови. Юдин решился на переливание от погибшего, но при этом было нарушено законодательство: переливать кровь, не проверенную на наличие сифилиса, было запрещено. Юдин знал это, но решился и… спас больного. К счастью, кровь донора не содержала инфекции. Данное наблюдение было опубликовано и произвело мировую сенсацию. Метод стал использоваться особенно широко во время Великой Отечественной войны, когда резко возросла необходимость в переливаниях большого количества крови, а доноров было мало. Переливание трупной крови позволило спасти тысячи жизней раненных.
Работал С.С. Юдин на износ. Как выразился кто-то из его окружения: «Он жег свечу с обеих сторон». Кроме чисто хирургической работы, он писал и редактировал книги, статьи, участвовал с докладами и сообщениями на съездах, конференциях, семинарах. Еще до переезда в Москву он был приглашен Н.Н. Бурденко на должность приват-доцента на кафедру и читал лекции студентам и врачам. У него был цикл лекций, которые он называл «покаянными», в которых подробно разбирал собственные диагностические и лечебные ошибки.
bp.jpeg
Была у С.С. Юдина еще одна страсть, которая проявилась после прихода на работу в «Склиф». Тот, кто знаком с историей Москвы, видимо, знает, что Институт Скорой Помощи им. Н.В. Склифосовского расположен в здании бывшей Шереметьевской больницы («странноприимный дом»), построенной в первом десятилетии XIX века графом Н. Шереметьевым в память жены, крепостной актрисы Прасковьи Жемчуговой по проекту итальянского архитектора Кваренги. Во время Отечественной войны 1812 года здание уцелело, использовалось в качестве госпиталя для русских и французских солдат и офицеров, а с 1923 года в нем был организован вышеназванный институт. Внутренние помещения больницы Шереметьева были расписаны итальянским художником Доменико Скотти.
За прошедшие годы здание серьезно обветшало, росписи были закрашены белилами, лепнина во многих местах обвалилась. С.С. Юдин добился разрешения на восстановление и ремонт здания. Пригласил известных художников и реставраторов, работа закипела. Юдин принимал самое непосредственное участие в восстановлении потолочного плафона, очищая собственными руками слои белил покрывающие живопись Скотти. В ранние утренние часы он забирался на высоченные леса и со свойственной ему скрупулезностью снимал верхние слои штукатурки и отмывал картины и, когда появлялись сохранившиеся краски, радовался как ребенок. Сергей Сергеевич считал, что гениальные творения Скотти должны быть сохранены для нашего народа и помогать выздоровлению пациентов.
YUdin_01.jpg
С.С. Юдин в 1942 году
Великая Отечественная война 1941 — 1945 годов внесла изменения в работу самого С.С. Юдина и всего коллектива Института Скорой Помощи, хотя неотложная хирургия и острая травма и без войны – война мирного времени. Только меняются причины полученных повреждений – они являются в основном огнестрельными, меняется количество пациентов – их становится очень много и одновременно. Конечно, есть и другие различия, но во все времена хирургический опыт мирного времени используется на войне и наоборот.
С.С. Юдин был назначен старшим инспектором-консультантом при главном хирурге Красной (потом – Советской) армии, а им являлся Николай Нилович Бурденко. Сергей Сергеевич не стал эвакуироваться и оставался все годы войны в Москве.
Уже в 1941 году под его редакцией выходит двухтомное руководство «Заметки по военно-полевой хирургии».За эту работу С.С. Юдин был удостоен Сталинской Премии 1-й степени. Его ближайшие ученики в это время руководят хирургическими службами фронтов и армий. Какие чудесные письма он им пишет, письма, наполненные теплотой, надеждой на победу и мудрыми советами Учителя. Он одним из первых врачей в нашей стране был награжден боевым орденом – Красной Звезды.
13k52b316176770f_1024.jpg

Вечером, 23 декабря 1948 года за Сергеем Сергеевичем приехала машина, и его пригласили на консультацию к «тяжелому больному», имя которого не называлось по причине его высокой должности. Такое уже случалось ранее, поэтому он сел в машину и был доставлен к …следователю на Лубянку.
В ночь ареста начался допрос Юдина старшим следователем полковником Комаровым в присутствии заместителя Берии Абакумова. Полковник избил Юдина, выбив ему почти все зубы, раздел догола и, лежащего на полу, бил резиновой палкой. Был применен к нему и хорошо известный конвейерный метод допроса, при котором круглосуточно без перерыва арестованного допрашивают меняющиеся следователи. Юдин мужественно переносил все, что с ним делали, кроме одного – когда его веки специальными щипцами заворачивали в трубочку, боль при этом возникала такая, что ему приходилось кричать, и он терял сознание.
Юдина обвиняли во вражеских действиях против СССР и шпионаже в пользу английской разведки. Кроме того, в процессе допросов от него требовали компрометирующих данных на крупных военачальников (Жукова, Конева, Толбухина и др.). Он с ними был хорошо знаком, часто встречался во время своих поездок на фронт, высоко ценил их талант полководцев, особенно, Г.А. Жукова, сравнивая его с Суворовым. Ни на кого он не дал никаких порочащих показаний. Но через три года он уже не смог вытерпеть все, что с ним делали в МГБ, и подписал обвинение в своей «шпионской» деятельности. В 1952 году он был осужден на 10 лет ссылки и отправлен в город Бердск Новосибирской области. Его сопровождала и находилась с ним его жена, Наталья Владимировна.
В Бердске администрация больницы вначале не разрешала ему участвовать в лечении больных, но затем местные хирурги сами стали приглашать его в операционную, и он вновь после долгого перерыва стал к операционному столу. Операции проходили при большом скоплении местных врачей. Через короткое время его перевели в Новосибирск. Это произошло после того, как второй секретарь обкома партии обратился в Кремлевскую больницу Москвы с просьбой принять на операцию его жену с тяжелым заболеванием желудка. Из Москвы ответили: «Зачем ее везти в Москву, когда лучшие руки страны находятся от вас в 60 километрах».
Несмотря на разрешение оперировать в Новосибирске, администраторы здравоохранения (главный врач больницы, ректор медицинского института) всячески препятствовали его полноценной хирургической работе, научным исследованиям по изучению секреции желудка и контактам с молодежью. Но студенты все равно старались помогать Юдину в опытах на животных, провожали его домой, интересовались разными хирургическими проблемами и, вообще, любили поговорить с ним о литературе, искусстве.
В 1952 году С.С. Юдину разрешили на несколько дней приехать в Москву, чтобы проводить в последний путь его гимназического друга, известного хирурга Ф.Д. Очкина. Во время похорон на Новодевичьем кладбище при большом скоплении коллег отдельно от всех стоял исхудавший Сергей Сергеевич в какой-то старой шинели и плакал. Никто к нему не подошел. В этот приезд ему удалось передать результаты своих последних исследований академику К.С. Быкову, занимавшему высокий пост в Академии Медицинских Наук. Он рассчитывал, что Быков замолвит за него слово в правительстве и ему разрешат вернуться в Москву. Как потом стало известно, Быков высоко оценил юдинские исследования, но ходатайствовать о нем не стал. Когда же в стране развернулась кампания против «врачей-убийц», которую начал «лучший друг всего человечества», Юдин потерял всякую надежду на возвращение из ссылки.
Однако, вскоре после смерти Сталина, Сергея Сергеевича полностью реабилитировали, и он возвратился в свой родной «Склиф», но в должности не главного хирурга, а заведующего хирургическим отделением. Ему еще пришлось пережить тяжелое собрание сотрудников Института, на котором его ученик Б.А. Петров и его немногочисленное окружение пытались доказать, что Юдин был осужден справедливо, так как всегда не любил Власть, хвалил все заграничное и весь Институт работал на его славу. Но справедлив
Но справедливость восторжествовала, и Сергея Сергеевича возвратили на его законную должность.
После реабилитации С.С. Юдин прожил всего 11 месяцев. В июне 1954 года он выступил с прекрасным программным докладом о перспективах развития хирургии. Доклад этот был сделан в Киеве, на Съезде украинских хирургов, но, почувствовав боли в груди, он сказал, что не дождется окончания съезда и поедет домой. Перед отлетом попросил отвезти его в старую психиатрическую больницу, чтобы посмотреть неоконченную фреску Врубеля. Долго стоял перед ней. В самолете боли усилились настолько, что экипаж вынужден был снизить высоту, но в Москву он прилетел вновь бодрый, от госпитализации отказался, сказал, что поедет домой, отдохнет и приедет в клинику смотреть больных. Через несколько часов жена зашла в кабинет и увидела, что Сергей Сергеевич мертв. Его похоронили на Новодевичьем кладбище».
Вот такая Судьба фантастически талантливого человека, трагическое завершение которой, увы, не редкость в государстве, строившего «светлое» будущее.
Однако вернёмся к «Размышлениям хирурга».
Сергей Сергеевич, нередко сравнивал медицину, хирургию с творческой работой,- «Как в искусствах и в театре источником творчества является природа и человек, так и во врачебном искусстве, особенно в хирургии, натурой являются анатомический субстрат и физиологическая функция человека. И задачей хирургов при любых научных поисках было и будет внимательно и осмысленно подражать природе».
С.С. Юдин в работе врача-хирурга выделял три основных вида деятельности
На первом месте – это непосредственно лечебная работа.
Особым разделом работы хирурга Сергей Сергеевич считал научно-исследовательскую деятельность.

74-1.jpg
Наконец, третьим разделом является, по мнению Юдина – преподавание хирургии, подготовка врачебной смены.
Он писал, - «Хирург-лектор и хирург-докладчик имеет задачи, безусловно, сходные с актерскими в театре…».
Как мне, преподавателю с четверть вековым стажем, близко это утверждение. Действительно, каждая лекция – это маленький спектакль, постановка, пусть и хорошо знакомой пьесы, но все равно, каждый раз как премьерной и потому волнительной и несколько таинственной.
И если уж зашла речь об аналогиях, то, к великому сожалению, современный врач, любой специальности, равно как и «препод», связаны по рукам и ногам, многочисленными инструкциями, стандартами, приказами, рекомендациями, отчётами, планами и десятками других циркуляров. На это уходит, порой львиная доля времени и сил. На больных и студентов остаётся меньше. Страдают все. Кто это способен изменить не знаю.
Знаю точно, что в таких «инкубаторских» условиях,  новые гениальные хирурги вряд ли появятся - хотя как знать, как знать...

В.С. Софьин, к.м.н., доцент
Медгард 20180525.jpg